Невозможно злиться на белую декоративную мышку, которая погрызла важные провода. У неё же глазки-бусинки и хвостик мелко дрожит. К тому же, она всё такая беленькая.
Невозможно шлёпнуть котёнка, когда он ластится, после того, как надгрыз твои последние туфли и нассал в последние целые мокасины. Ему 2 месяца, он пушистый и мурчит.
Невозможно даже ругаться словами на хомячка, когда он умывается после того, как съел бумажку с нужным тебе номером телефона, который потом нигде не достать. И эту, единственную за много месяцев работу, ты так и не получишь.
Никак нельзя, невозможно ругаться на старенькую бабушку, которой из-за опухоли в мозгу кажется, что волосы у неё длинные-длинные и она стрижётся каждый день, тайком.
Или вот щенок добермана. Когда ему недели две, например. Огромные ухи, глазища, как 2 каштана и тоненькие-тоненькие ножки. И хвостик, как у лабораторной мышки, не более. Невозможно представить, что уже через несколько месяцев из этого дрожащего несчастья вырастит зверь, который может и ребёнка загрызть насмерть, и взрослого покалечить.
Пусть это будет как будто со щенком добермана. Ну подумаешь, заигрался и случайно выгрыз всё сердце, с кем не бывает.
Щенок, щенок, щенок.
Невозможно шлёпнуть котёнка, когда он ластится, после того, как надгрыз твои последние туфли и нассал в последние целые мокасины. Ему 2 месяца, он пушистый и мурчит.
Невозможно даже ругаться словами на хомячка, когда он умывается после того, как съел бумажку с нужным тебе номером телефона, который потом нигде не достать. И эту, единственную за много месяцев работу, ты так и не получишь.
Никак нельзя, невозможно ругаться на старенькую бабушку, которой из-за опухоли в мозгу кажется, что волосы у неё длинные-длинные и она стрижётся каждый день, тайком.
Или вот щенок добермана. Когда ему недели две, например. Огромные ухи, глазища, как 2 каштана и тоненькие-тоненькие ножки. И хвостик, как у лабораторной мышки, не более. Невозможно представить, что уже через несколько месяцев из этого дрожащего несчастья вырастит зверь, который может и ребёнка загрызть насмерть, и взрослого покалечить.
Пусть это будет как будто со щенком добермана. Ну подумаешь, заигрался и случайно выгрыз всё сердце, с кем не бывает.
Щенок, щенок, щенок.